zeleninsergey (zeleninsergey) wrote,
zeleninsergey
zeleninsergey

Category:

Евреи в Белой армии. Часть 1.

За долгие годы Советской власти и постсоветского времени у нас сложился устойчивый миф, что все евреи воевали в гражданскую войну на стороне красных, так как белогвардейцы все до единого были погромщиками и черносотенцами. Но это не так, на самом деле, евреи в Белой армии были, просто их было не так много, как в Красной Армии и, зачастую, это были, в большинстве своём, выкресты.

Данная тема сейчас стала подниматься всё чаще, стали появляться целые научные работы на данную тему. Например, работа израильского историка Алона Райхлина «Евреи в армии генерала Деникина», российского историка Олег Будницкого «Российские евреи между красными и белыми (1917-1920)» и другие.
Юнкера у Зимнего дворца.
Юнкера, защищающие Кремль.
Юнкер Канегиссер Л.И.

Вообще, евреи были в рядах тех, кто противостоял большевикам во время захвата ими власти в столицах. После Февральской революции были отменены все вероисповедные и прочие ограничения для евреев, после чего многие даже стали возвращаться обратно в иудаизм. Помимо всего прочего, в Русской армии появился свой еврейский священнослужитель: «Летом 1917 года раввин Бердичева Яаков Берман был назначен главным раввином при штабе Юго-Западного фронта в чине подполковника. Он посещал в госпиталях раненых евреев, организовывал кошерную кухню в военном лагере для солдат-евреев, приобретал палатки, в которых устраивали полевые синагоги, помогал пленным евреям из немецкой и австрийской армий»[1]. Немало еврейских юношей поступили в школы прапорщиков, в военные училища. Среди юнкеров служило немало евреев, они же первыми дали бой большевикам. Среди юнкеров-защитников Зимнего можно встретить еврейские фамилии – И.Гольдман (юнкер 2-й роты), Я.Шварцман, Шапиро (стоял на посту у Малой столовой, где заседали министры временного правительства), братья Эпштейн, Кан, Лифшиц, Мирочник, Берман, Левин, Соловейчик и другие. В ночь с 6 на 7 ноября (н.с.) среди юнкеров Михайловского артиллерийского училища находился сын кораблестроителя, произведённого в потомственные дворяне Леонид Иоакимович Канегисер (др. вар. – Канегисер, Каннегиссер), который войдёт в историю позже, когда застрелит 30 августа 1918 года начальника ПетроЧК Моисея Урицкого, отомстив за смерть своего друга прапорщика и бывшего юнкера-михайловца Владимира Борисовича Перельцвейга, расстрелянного 19 (21) августа того же года. Канегисера я бы сравнил с молодым немецким офицером Антоном фон Падуа Альфредом Эмилем Губертом Георгом, графом фон Арко ауф Валей, который был сыном урождённой баронессы фон Оппенгейм, из известного еврейского банкирского рода (принявшего христианство), который застрелил 21 февраля 1919 года коммунистического диктатора Баварии Курта Эйснера, еврея по происхождению. Но это вообще тема отдельного разговора. Среди защитников Зимнего был эсер Пётр (Пинхас) Моисеевич Рутенберг, занимавшийся обороной дворца, раненый, арестованный, а в марте 1918 года выпущенный на свободу, после чего отправившийся продолжать борьбу с большевизмом. Вообще о юнкерах-евреях довольно немало написано у Будницкого, например вот здесь. Петроградские газеты писали: «За последние дни петроградская еврейская община оплакивает свои многочисленные жертвы. На еврейском Преображенском кладбище за один день похоронено 50 жертв. Среди похороненных 35 юнкеров‚ убитых при осаде Владимирского училища и телефонной станции...»[2]
Прапорщик Эфрон С.Я.
Офицер-марковец

Стоит тут вспомнить ряд имён молодых евреев, которые оказались в те тяжёлые и трудные годы на передовой борьбы с большевизмом. Они стойко сражались в рядах Белой армии. Эти имена сегодня стоит вспомнить. Начну с Эфрона Сергея Яковлевича, который был сыном виленского еврея Янкеля Калмановича Эфрона и русской дворянки из знатного рода Елизаветы Петровны Дурново (впрочем, большинству он известен как муж Марины Цветаевой). В августе 1914 года на Великую войну отправился его кузен Никита Савельевич Эфрон, врач, окончивший в 1911 году Военно-медицинскую академию с дипломом лекаря. До июля 1917 года служил на Кавказском фронте. Был старшим врачом полка, бригадным врачом, консультантом-венерологом Эрзерума. В 1933 году его расстреляют. Сергей в 1915 году был братом милосердия на санитарном поезде. 11 февраля 1917 года был командирован в петергофскую школу прапорщиков, после окончания которой через полгода в чине прапорщика зачислен в состав 56-го запасного пехотного полка, учебная команда которого располагалась в Нижнем Новгороде. Принимал участие в боях с большевиками в Москве в ноябре 1917 года. Он оставил «Записки добровольца», где описал свои впечатления и воспоминания о тех днях. Чудом спасшись после поражения защитников города, он ушёл на Дон и поступил в  Добровольческую армию, в Георгиевскую роту. В январе 1918 года был командирован в Москву для формирования Офицерского полка. Участник 1-го Кубанского (“Ледяного”) похода - первопоходник. После похода в миссии при Донском правительстве, с декабря 1918 года в 9-й роте 1-го Марковского полка, в 1919 году подпоручик, начальник пулемётной команды в 3-м Марковском полку. В Русской Армии в Марковской дивизии до эвакуации Крыма. На 18 декабря 1920 года числился в составе Марковского полка в Галлиполи, откуда выехал в Чехословакию. Окончил службу в чине капитана[3]. Дальнейшая его судьба сложилась трагически – он был завербован ОГПУ, уехал в СССР, был арестован и расстрелян в 1941 году. Закончить рассказ о нём хочется стихами его супруги[4]:

ДОН

1.

Белая гвардия, путь твой высок:

Черному дулу – грудь и висок.

 

Божье да белое твое дело:

Белое тело твое –  в песок.

 

Не лебедей это в небе стая:

Белогвардейская рать святая

Белым видением тает, тает...

 

Старого мира – последний сон:

Молодость – Доблесть – Вандея – Дон.

 

24 марта 1918


2.

Кто уцелел – умрет, кто мертв – воспрянет.

И вот потомки, вспомнив старину: 

–  Где были вы? –  Вопрос как громом грянет,

Ответ как громом грянет: – На Дону!

 

– Что делали? –  Да принимали муки,

Потом устали и легли на сон.

И в словаре задумчивые внуки

За словом: долг напишут слово: Дон.

 

30 марта 1918


3.

Волны и молодость –  вне закона!

Тронулся Дон. –  Погибаем. –  Тонем.

Ветру веков доверяем снесть

Внукам –  лихую весть:

 

Да! Проломилась донская глыба!

Белая гвардия –  да! –  погибла.

Но покидая детей и жен,

Но уходя на Дон,

 

Белою стаей летя на плаху,

Мы за одно умирали: хаты!

 

Перекрестясь на последний храм,

Белогвардейская рать –  векам.

 

Москва, Благовещение 1918 –  дни разгрома Дона –



Белогвардейцы! Гордиев узел
Доблести русской!
Белогвардейцы! Белые грузди
Песенки русской!
Белогвардейцы! Белые звезды!
С неба не выскрести!
Белогвардейцы! Черные гвозди
В ребра Антихристу!


9 августа 1918

Ещё один еврей-юнкер – Менахем Цеховой, родственник ЖЖ-юзера Алекса Шульмана (shaon) , о котором тот пишет следующее:
«Племянник деда, студент Менахем Цеховой, стал юнкером Морских офицерских классов. Юнкеров этого учебного заведения называли черными гардемаринами – по цвету погон на морской форме. Евреи-юнкера были в своей массе сионистами, и потому планы Трумпельдора в их среде пользовались широкой поддержкой.
Октябрьский переворот положил конец этим планам – только при обороне Зимнего дворца погибло более 50 юнкеров-евреев. Начавшаяся гражданская война в России развела юнкеров-евреев по разные линии фронта. В списках белых офицеров, награжденных знаком за «Ледовый поход» на Дону более 100 фамилий евреев. Другие в числе 50 тысяч офицеров по призыву Троцкого пришли в Красную Армию.
Юнкер Цеховой был одним из немногих юнкеров-сионистов, воплотивших мечту о еврейском государстве – в 1919 году он, пройдя через многочисленные рискованные приключения, добрался до Эрец-Исраэль, где включился в войну за будущее еврейское государство»[5]
.

Юный Евгений Шварц
Евгений Шварц и его семья (сам Шварц - в центре, стоит). Отец его был мобилизован в Первую мировую в качестве военного врача.

Закончим этот пост рассказом про ещё одного еврея-белогвардейца. Это – Евгений Львович Шварц, известный советский драматург. Его отец – еврей-выкрест Лев Борисович (Беркович) Шварц, врач, сын мещанина из местечка Пяски Люблинской губернии Берки Шварца, в крещении – Бориса Лукича. Он учился два года на юридическом факультете, который не закончил и оставил в 1916 году. Почти по дням свою жизнь  описал  в дневниках-мемуарах, но существует загадочный пробел в пять лет. Лишь одно пишет он об этом периоде: «Мне не хочется рассказывать о тех годах, куда меня несло, туда я и плыл, пока несчастья не привели меня в себя»[6]. Весной 1917 года он призван в армию, в апреле отправился в запасной батальон в Царицын. В августе 1917 года стал юнкером Московского училища. 5 октября 1917 года произведён в прапорщики. Поступил в Добровольческую армию, принимал участие в Ледяном походе (первопоходник). При штурме Екатеринодара тяжело контужен, из-за чего на всю жизнь у него остался тремор (дрожание) рук, который мешал ему в работе. Демобилизовавшись после ранения, поступил в университет в Ростове и отдался театру. «Каким образом ему удалось скрыть этот факт своей биографии - загадка...»[7]. Другим таким же офицером Белой армии, ставшим известным советским писателем, был Валентин Петрович Катаев, чудом избежавший расстрела. Но о нём – как-нибудь в другой раз. Об этом периоде жизни Шварца также можно прочесть здесь.

На этом я бы хотел закончить первую часть моего повествования о евреях-белогвардейцах.

Tags: Белая Гвардия, СССР, евреи
Subscribe

  • 150 ЛЕТ ОРГАНИЗАТОРУ ГЕНОЦИДА РУССКОГО НАРОДА

    Картавый демон во дворце (с) Леонид Дербенёв Статья, написанная к 150-летию Ленина и раскрывающая его истинный облик. Также вот своего…

  • Павка не нужен

    Недавно на Украине в городе Шепетовка (родина комсомольской активистки Валентины Матвиенко, урождённой Тютиной, ныне – спикера Совета…

  • Ряд моментов по Второй мировой войне.

    1. Сталин сделал всё, чтобы страна вступила в войну в довольно невыгодном положении и была на грани кататсрофы в 1941 году. По сути, в 1939 - 1940…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments