zeleninsergey (zeleninsergey) wrote,
zeleninsergey
zeleninsergey

Categories:

Собор как символ.

Успенский_собор_Brewer.jpg
В разноголосице девического хора
Все церкви нежные поют на голос свой,
И в дугах каменных Успенского собора
Мне брови чудятся, высокие, дугой.

И с укреплённого архангелами вала
Я город озирал на чудной высоте.
В стенах Акрополя печаль меня снедала
По русском имени и русской красоте.

Не диво ль дивное, что вертоград нам снится,
Где голуби в горячей синеве,
Что православные крюки поет черница:
Успенье нежное – Флоренция в Москве.

И пятиглавые московские соборы
С их итальянскою и русскою душой
Напоминают мне явление Авроры,
Но с русским именем и в шубке меховой.


Осип Мандельштам


Когда говорят о какой-либо европейской стране, в сознании начинают возникать какие-либо образы, ассоциирующиеся у нас с данной страной. Уверен, что у многих на память непременно придут кафедральные соборы (cathedrals). Вот скажем, печально известный сегодня город Кёльн: кто ж не знает самого знаменитого на весь мир долгостроя – Кёльнского собора? Он был заложен по инициативе архиепископа Конрада фон Гохштадена, который считал, что нужно по примеру Франции иметь в городе свой кафедральный собор. Франция – это одна из главных европейских стран,  одна из цитаделей европейской культуры. Там находится огромное количество старинных кафедральных соборов, которые являются визитной карточкой этой страны и Европы в целом.

Известный французский историк, принадлежащий к школе «Анналов» Жак Ле Гофф (который, надо сказать, был убеждённым агностиком) отмечает в своей книге «Герои и чудеса Средних веков», что кафедральные соборы – это символ Франции. Он цитирует знаменитого реставратора собора Парижской Богоматери (Нотр-Дам-де-Пари) и автора «Толкового словаря французской архитектуры» (1856) Виолле-ле-Дюка, говорившего, что «соборы XII и XIII веков, с моей точки зрения, – символ французской нации и самый мощный призыв к объединению»[1], и скульптора Огюста Родена, писавшего в статье «Кафедральные соборы Франции» (1914), что «соборы – это синтез страны, вся наша Франция – это кафедральные соборы»[2]. Это, безусловно, весьма чёткая и точная мысль.

Впрочем, это ведь применимо не только к Франции и не только к западноевропейскому Средневековью, но и к неотъемлемой части Европы – России. О роли кафедральных соборов в русской культуре неоднократно писал известный русский публицист и мыслитель Егор Холмогоров. В своей статье о русской шатровой архитектуре он, кстати, очень хорошо пишет про западноевропейские кафедральные соборы: «Кафедральный собор призван господствовать над убогой реальностью средневекового города как образ Небесного Царства, залитого светом витражей и населенного бесчисленными статуями святых»[3].

Кафедральный собор это национальный символ, это символ государства, напрямую связанный с его возникновением, с рождением нации. Вот что пишет Ле Гофф: «Разрешение на постройку собора надо было испрашивать у короля. Этой прерогативой короли пользовались более широко в зависимости от внимания, каковое они ещё с конца XII века уделяли тому, что называлось строительством современного государства. Так соборы оказались связанными с возникавшими государствами и зарождающимися нациями. Городской памятник, кафедральный собор должен был стать памятником государственным»[4].

Собственно, собор как символ в процессе строительства нации – это черта характерная и для русских, для России и её истории. Они у нас тоже связаны с правителями. Собор Святой Софии в Киеве был основан в 1037 году Ярославом Мудрым в период укрепления христианства на Руси, в едином государстве (к сожалению, в начале XVIII века он был перестроен волею гетьмана Мазепы в стиле «казачьего барокко» и утратил свой изначальный облик). В 1158 – 1160 годы был построен первоначальный Успенский собор во Владимире по инициативе Андрея Боголюбского, упрочившего новый центр Руси во Владимиро-Суздальских землях. В 1475 – 1479 годы по инициативе Ивана III сооружается в Московском Кремле Успенский собор, ставший символом появления национального единого русского государства. Первый Успенский собор на этом месте был заложен ещё в 1326 – 1327 годах Иваном Калитой, который сумел переманить в Москву Митрополита Киевского и Всея Руси Петра, после которого митрополичья кафедра закрепилась именно в Москве. Этот храм имеет важное и огромное значение для Руси. Здесь погребены Митрополиты Киевские и Московские (начиная с Петра) и Патриархи Московские и всея Руси, начиная с Иова и заканчивая Адрианом (разумеется, разжалованного Никона там нет). В 1547 году там венчался на царство Иван IV Грозный, в 1613 году там проходил Земский Собор, избравший на царство Михаила Романова. Начиная с Петра II, все русские императоры короновались именно в нём.

Иван Грозный в честь победы над Казанским ханством основывает в Москве в 1555 – 1561 годах Собор Покрова Пресвятой Богородицы, что на Рву, более известный в народе как Собор Василия Блаженного или Покровский собор. После переноса столицы России в Петербург, Пётр Великий основывает и в нём собор – Собор во имя первоверховных апостолов Петра и Павла (Петропавловский), находящийся в Петропавловской крепости, начатый в 1712 году, он был закончен лишь после смерти Государя – в 1733 году. Этот собор является усыпальницей русских государей, там захоронены русские императоры от Петра I до Николая II (перезахоронен в 1998 году) и их родственники, члены царской фамилии. Из императоров там отсутствуют лишь Пётр II (захоронен в Москве, в Архангельском соборе) и Иван VI (место его захоронения до сих пор неизвестно). Ранее функции усыпальницы монархов в Москве  выполнял Архангельский собор, основанный в 1505 – 1508 годах в правление Василия III. Первоначальный собор (каменный) был построен ещё в 1333 году – при Иване Калите, который стал первым монархом, погребённым в соборе. Там покоятся великие князья Московские – вплоть до Василия III и Ивана Грозного, начинающего уже перечень похороненных царей. Последний царь, похороненный в соборе – Иван V, брат Петра I. Как уже говорилось выше, единственный император и последний самодержец Российский, погребённый в соборе – Пётр II, внук Петра Великого. В соборе похоронены также родственники правителей по мужеской линии. Разумеется, в соборе не погребены русские цари Борис I, Фёдор II и Василий IV.

Таков примерный перечень соборов Русского государства, связанных с разными этапами в его формировании и становлении. Стоит отметить, что все эти прекрасные ренессансные соборы связаны с периодом превращения Московского княжества в национальное Русское государство, как писал историк Ключевский, когда московский великий князь превратился в национального государя Великороссии. Россия в конце XV века была признана как европейское государство, в котором было много общего с другими европейскими государствами того времени.

А в XVIII веке начинается петербургская эпоха. Пётр Великий строит целый город с нуля, основывает его на месте, совершенно для этого не предназначенном. И там строятся соборы, которые являются визитной карточкой города, которые отображают её имперский период. Первым был упомянутый выше Петропавловский собор, построенный в стиле петровского барокко. Барокко – это общеевропейский стиль, характерный именно для европейских государств и европейских городов. Барокко – стиль, мода на который властвовала в Европе с конца XVI до конца XVIII веков. Это, как правило, стиль характерный именно для европейских стран. В США, что интересно, его тоже можно найти, но это памятники испанской культуры – образцы колониального барокко, находящиеся на территориях, ранее принадлежавших Мексике. Сами же США, молодое государство. Сразу же начинает строиться в стиле классицизма. Стоит отметить также, что в Нью-Йорке есть построенный под влиянием московского барокко православный    Свято-Николаевский собор (1901 – 1903 годы). Но, в целом, барокко не является частью духа и истории США как таковых. Французский историк Пьер Шоню пишет в своей работе «Цивилизация классической Европы»: «В классической Европе барокко выступает как реакция на имперский экспансионизм нового порядка»[5]. Россия XVIII века стремительно врывается в европейскую политику и становится там одним из важных игроков. Впрочем, барокко в России появляется в XVII веке, ещё до Петра. Историк Дмитрий Володихин говорит о существовании в России того времени «посадского барокко». Вот что он пишет: «Барокко – стиль эмоциональный, чувственный и вычурный. Он заставляет камень терять вес и «дышать», то отступая от линии фасада вглубь, но придвигаясь к зрителю. Это стиль, возникший в какой-то степени из усталости от торжества ratio, от недостижимого идеала гармонии, он рассудочной умеренности. По всей Европе идут религиозные войны, кровь льется реками, сладострастие становится позволительным и даже обретает романтический ореол, чувства приведены во взбудораженное состояние… Как тут не поддаться обаянию сумасшествия, вытекающего из подвалов человеческой личности? Барокко и есть в какой-то степени разрешенное безумие… в камне. Отсюда – буйство декора, отсюда – бешеное экспериментирование с формами, их нарочитое, дерзкое усложнение. Ёмко и точно выразилась Наталья Сосновская. По её словам, стиль барокко «…отличает изогнутость линий, нагромождение деталей, сложные формы, декоративная пышность и живописность». Но разве не это характерно и для построек, которые автор этих строк позволил себе объединить под названием «посадское барокко»? И разве Московское государство являло в ту пору образец спокойствия по сравнению с Европой? О, нет. Весь XVII век оно, не переставая, клокотало, выпуская кровавый пар. Не зря само столетие это в нашей истории получило имя «бунташного». Москва познала Смуту, Соляной бунт, Медный, а также несколько стрелецких… Понятие об общественной норме, о правильном порядке размылось. И вкусами москвичей руководило тогда не только обостренное чувство веры, но и в целом – обнажённые, расхристанные чувства. Христианская вера ходила тогда рука об руку с вовсе не христианской страстностью. Вот и пришлось нам в пору своё, домотканое барокко»[6].

Но вернёмся от барокко к соборам Петербурга.

В 1801 – 1811 годы возводится ампирный Казанский собор, в котором покоится прах полководца св.кн.Михаила Илларионовича Голенищева-Кутузова-Смоленского. Его строительство было задумано ещё в 1799 году Государем Павлом I, который желал видеть русский аналог Собора Святого Петра в Риме – Павел желал стать главой единой Церкви, с этой же целью он стал Великим Магистром Мальтийского ордена. С 2000 года это – кафедральный собор Санкт-Петербургской епархии Русской Православной Церкви. В 1819 – 1858 годы возводится в стиле позднего классицизма Исаакиевский собор. В 1825 – 1829 годы возводится, опять же в стиле классицизма, Спасо-Преображенский собор. В 1828 – 1835 годы – ампирный Троице-Измайловский собор. Первая половина XIX века – это период русского величия, русского триумфа. Победительница Наполеона, Россия – величайшая держава Европы, с которой вынуждены считаться. Империя выбирает имперский стиль, имперское величие.

Когда же Российская империя обращается к своим корням, к русскому, то в архитектуре сразу же появляются русский и неовизантийский (русско-византийский) стили. В Петербурге появляется ещё один собор, который наряду с Петропавловским, Казанским и Исаакиевским является визитной карточкой Петербурга – Храм Спаса на Крови, который напоминает московский собор Василия Блаженного. Он строится с 1883 по 1907 годы, во времена правления Александра III и Николая II, которые были убеждёнными русскими националистами и вводили моду на всё русское. Кстати, в 1883 году закончено строительство в Москве Храма Христа Спасителя в Москве (начато в 1839 году, ещё при Николае I, по проекту архитектора Тона), который был взорван большевиками в 1931 году и восстановлен в 1994  – 1997 годах. Храм Спаса на Крови был памятником на месте убийства Государя Александра II, а Храм Христа Спасителя – памятником  коллективным кенотафом воинов Русской императорской армии, погибших в войне с Наполеоном (на стенах храма начертаны имена офицеров, павших в Отечественной войне 1812 года и Заграничных походах 1797 – 1806 и 1814 – 1815 годов). Сегодня это – главный православный храм страны. Стоит отметить, что автор его проекта, архитектор Константин Тон, как раз и являлся разработчиком русско-византийского стиля.

Таким образом, мы видим, что соборы иллюстрируют собой саму русскую историю, являясь отображением тенденций в политике страны. Всегда строительство соборов было актом символическим. Обязательно собор строился не просто так, а с целью обозначить политический статус, заявить об амбициях и так далее. Скажем, Софийский собор в Вологде был построен Иваном IV Грозным с намерением сделать там столицу, но это так и не случилось. А собор остался и радует взор горожан и является визитной карточкой Вологды.



[1] Ле Гофф Ж. Герои и чудеса Средних веков. М.: Текст, 2012. С.48 – 49.
[2] Там же, С.49.
[4] Ле Гофф Ж. Герои и чудеса Средних веков. М.: Текст, 2012. С.41.
[5] Шоню П. Цивилизация классической Европы. М.: АСТ МОСКВА; Екатеринбург: У-Фактория, 2008. С.11.
Tags: 1812, Александр I, Александр II, Александр III, Византия, Вологда, Германия, Иван III, Иван IV, Испания, Италия, Кутузов, Латинская Америка, Наполеон, Николай I, Николай II, Павел I, Патриарх, Православие, Пётр I, СССР, США, Франция, Холмогоров, национализм, политика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments