zeleninsergey (zeleninsergey) wrote,
zeleninsergey
zeleninsergey

Category:

Солигаличское восстание 1918 года.

7 апреля 1918 года на ж/д станции Дикая в 25 верстах к западу от Вологды (станция Дикая, Майское с/п, Вологодский район, Вологодская область) прекратил своё существование  5-й Каргопольский драгунский полк. На его основе ранее был сформирован Каргопольский красногвардейский кавалерийский отряд, командиром которого был избран младший унтер-офицер Адольф Юшкевич, а его заместителем – младший унтер-офицер Константин Рокоссовский.  В январе 1918 года отряд поступил в распоряжение Вологодского совета рабочих и солдатских депутатов, который имел прежде в своём наличии лишь несколько красногвардейских отрядов из городских рабочих. В первых числах февраля отряд сумел остановить и разоружить два эшелона с демобилизованными с фронта солдатами, возглавляемыми анархистами. В самой Вологде несколько групп анархистов из Петрограда захватили здание гостиницы «Пассаж» в центре города[1], окружили его пулемётами и орудиями, но ночью их окружили красногвардейцы, вынудившие тех сдаться и сложить орудие к утру[2]. В феврале отряд перебросили в Костромскую губернию, в город Буй, где отряд сумел обеспечить доставку в Петроград арестованных эсеров и предотвратил попытку их освобождения. Затем отряд перебросили в Галич для успокоения солдат местного запасного полка.
Икона солигаличских новомучеников.

В это самое время в Солигаличе (современный Солигаличский район на севере граничит с Междуреченским и Тотемским районами Вологодской области) произошло народное восстание против большевицкого произвола. Советская власть[3], намереваясь изъять хлебные запасы у населения, решила. В воскресенье 24 февраля 1918 года состоялся многолюдный крестный ход (такие же крестные ходы прошли в Костроме и других городах губернии). Возглавил его настоятель местного Богородице-Рождественского собора[4] протоиерей Иосиф Сергеевич Смирнов (1864 – 1918), с хоругвями и иконами шли ученики Духовного училища вместе со своим смотрителем Иоанном Перебаскиным. Однако большевицких бандитов это не остановило, и их предводитель, Василий Вылузгин назначил на вторник 26 февраля 1918 года «реквизицию хлебных излишков» у почитаемого в народе женского монастыря в честь иконы Феодоровской Божьей Матери, который находился в километре от города, в деревне Ратьково, заодно описать и конфисковать его имущество. Там находился благоговейно чтимый горожанами список с всероссийской святыни –  чудотворной Феодоровской иконы Пресвятой Богородицы, Небесной покровительницы Костромского края. Руководство местной городской думы, не признавшей власть большевиков, и местное духовенство решили этому воспрепятствовать. Накануне назначенной реквизиции вечером на заседании городской думы выступил монастырский священник Василий Ильинский, сын старца Владимира Ильинского. Было решено действовать и спасти обитель от погрома. Ударили утром 26 февраля в набат, собрали людей и двинулись до стен монастыря, чтобы не дать его ограбить. Там их встречал отец Василий, получивший благословение от своего отца-старца. Прибывшие на место представители совета были вынуждены отступить.

После литургии, отслуженной в монастырском храме, священник церкви великомученицы Параскевы Пятницы Димитрий Потехин произнёс проповедь, в которой коснулся происходящих событий. Многие верующие плакали, слушая её. По окончании богослужения, Василий Ильинский пред­ло­жил всем, кто по­же­ла­ет, со­брать­ся в тра­пез­ной хра­ма, чтобы об­су­дить во­прос об угро­зе рек­ви­зи­ции мо­на­стыр­ско­го хле­ба. Пред­се­да­те­лем со­бра­ния был из­бран Ни­ко­лай Алек­се­е­вич Аст­ра­хан­ский, зем­ле­мер, сек­ре­та­рём – Алек­сандр Ива­но­вич Ру­мян­цев. Было решено от­пра­вить де­ле­га­цию в местный гар­ни­зон (состоявший из солдат запасного полка, расквартированного в городе), чтобы про­сить сол­дат о под­держ­ке. В де­ле­га­цию во­шли Аст­ра­хан­ский, Ру­мян­цев, Петр Алек­се­е­вич Еремин­ский, быв­ший ста­но­вой при­став Ни­ко­лай Ни­ко­ла­е­вич Ильин­ский, Ва­лен­тин Ве­ни­а­ми­но­вич Ре­шёт­кин и поч­то­вый чи­нов­ник Ми­ха­ил Гри­горь­е­вич Ев­ста­фьев. Чле­ны де­ле­га­ции об­ра­ти­лись к на­чаль­ни­ку со­ли­га­лич­ско­го гар­ни­зо­на штабс-капитану Иван­ско­му, про­ся его под­дер­жать на­род и при­оста­но­вить рек­ви­зи­цию хле­ба, а так­же со­дей­ство­вать разору­же­нию крас­но­гвар­дей­цев. Начальник гарнизона собрал гарнизонный комитет, на котором было принято решение поддержать горожан, к которым были отправлены три делегата – Ива­н Ле­ля­ви­н, Ни­ко­лай Ли­ху­ши­н и Ми­ха­и­л Си­мо­но­в.

Толпа народа, в числе около 600 человек, двинулась к зданию местного совета. На переговоры отправили делегатов – Аст­ра­хан­ско­го, Ере­мин­ско­го и бра­та свя­щен­ни­ка Димит­рия По­те­хи­на штабс-ка­пи­та­на По­те­хи­на. Вернувшись с переговоров, они заявили, что со­вет­ские пред­ста­ви­те­ли со­глас­ны при­оста­но­вить рек­ви­зи­цию хле­ба в мо­на­сты­ре и воз­вра­ща­ют ключи от монастырского склада, отобранные ранее, но категорически против требования разоружить красногвардейский отряд. Тогда пе­ред зда­ни­ем со­ве­та на­чал­ся ми­тинг с вы­ступ­ле­ни­я­ми ора­то­ров. Вылузгин вышел на балкон и пытался убедить собравшихся разойтись, но речь его действия не возымела. Собравшиеся лю­ди кри­ча­ли: «Вы­дать ору­жие! Разору­жить их! Мы при­шли, чтобы с ва­ми по­кон­чить!» Поч­то­вая слу­жа­щая Ан­на Ка­пу­сти­на кри­ча­ла в тол­пе: «До­лой Со­вет! Разору­жить Крас­ную гвар­дию!» и на­зы­ва­ла чле­нов со­ве­та дар­мо­еда­ми, ху­ли­га­на­ми, во­ра­ми, «емель­ка­ми пу­га­чё­вы­ми».
Василий Алексеевич Вылузгин (1887 – 1918), председатель солигаличского Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, местный уроженец, петроградский рабочий.

Вы­луз­гин скрыл­ся в зда­нии Со­ве­та, а за­тем, быст­ро вер­нув­шись, за­кри­чал, что объ­яв­ля­ет го­род на во­ен­ном по­ло­же­нии, выхватил из-за пояса револьвер, после чего вместе с другими красногвардейцами (которые палили беспорядочно из винтовок)  открыл огонь по собравшимся, легко ранив несколько человек и убив одного, Павла Васильевича Орлова. Разгневанные люди ворвались в здание, арестовали и посадили в тюрьму шестерых членов уездного исполкома (остальные скрылись), а их главаря, уездного комиссара Вылузгина, который был ранен из револьвера при аресте[5], поместили в больницу. Врач Виноградов вынул ему пулю, после чего к палате приставили вооружённую охрану. Всё это время храмы города звонили в набат. В полночь (по другим данным, утром) неизвестные вооружённые люди проникли в больницу и закололи негодяя штыками (по другим данным его расстреляли на главной городской площади). 27 февраля вышло воззвание к населению от Временного Совета, созданного на объ­еди­нён­ном со­бра­нии об­ще­ствен­ных ор­га­ни­за­ций и жи­те­лей го­ро­да Со­ли­га­ли­ча. В совет вошли представители населения города (предполагалось впоследствии включить в него и представителей волостей), а также по од­но­му пред­ста­ви­те­лю от Со­ли­га­лич­ско­го зем­ства, поч­то­во-те­ле­граф­ной кон­то­ры, ра­бо­чей груп­пы, Со­ве­та сол­дат и ин­ва­ли­дов и трех кан­ди­да­тов от гар­ни­зо­на. Руководителем восстания в ряде источников называется офицер Дробышев, как сообщается, некогда бывший близким помощником знаменитого ялтинского градоначальника генерал-майора Думбадзе Ивана Антоновича, который был известен своими монархическими взглядами[6]. Местную власть, не подчинявшуюся большевикам и не признавшую их, возглавлял городской голова Михаил Михайлович Алексеев, пользовавшийся большим уважением среди горожан. Временный совет возглавил упоминавшийся выше врач Виноградов.
Один из командиров карателей - Константин Рокоссовский, бывший драгунский младший унтер-офицер. Фото 1916 года.
Владимир Ильинский - в центре, сидит. Его сын, Василий, стоит крайний справа.

Памятный крест на могиле новомучеников и расстрелянных с ними жителей Солигалича. Восстановлен в 1996 году.

Реакция советской власти была немедленной – Костромской горком партии направил к месту восстания карательные отряды, в число которых вошёл и Каргопольский отряд (150 сабель). 1 марта он вышел из Галича и трое суток добирался до лежащего далеко от железной дороги города, которого достиг утром 4 марта. Появления карателей ждали, на их пути были выставлены заставы. Юшкевич отправил нескольких бойцов с предложением сложить оружие и выдать руководителей восстания. Однако восставшие отказались и были настроены сопротивляться. Тогда Юшкевич отправил взвод во главе с Рокоссовским в обход по льду реки, а сам с оставшимися силами, при огневой поддержке трёх с трудом доставленных по заснеженной дороге пулемётов атаковал город. Сопротивление, к сожалению, прекратилось, как только был открыт пулемётный огонь. Каратели захватили Солигалич и приступили к расправе. Было арестовано 52 человека, всего же к «следствию» привлечено 95 человек. Руководители восстания, а также местное духовенство (всего 17 человек, по другим данным – 21 человек), были расстреляны ночью 7 марта 1918 года около стен тюремного Никольского храма (на его строительство пожертвовал  100 рублей посетивший город в 1903 году св.прав Иоанн Кронштадтский). Похоронили убитых сами каратели, не дав это сделать родственникам. Вырыли большую могилу на местном кладбище (близ кладбищенской церкви святых апостолов Петра и Павла, которая никогда не закрывалась, даже в самые лютые годы гонений, и в ней обязательно поминали убиенных), провезли убитых через весь город на подводах и похоронили в этой могиле, всех вместе, без одежды, без гробов и без отпевания. Сперва на ней стоял крест с лампадой, её посещали люди, но потом советская власть в 30-е годы уничтожила крест и могилу мучеников обнаружили только в наши дни (28 июня 1996 года крест был восстановлен, каждое 7 марта у него собираются верующие и поминают новомучеников и всех убиенных). Среди убитых – упоминавшийся протоиерей Иосиф Сергеевич Смирнов[7], а также старец иерей Владимир Иоаннович Ильинский[8], диакон Иоанн Алексеевич Касторский и смотритель духовного училища статский советник Иоанн Павлович Перебаскин. Они были канонизированы как новомученики в августе 2000 года. Также были расстреляны городской голова Михаил Михайлович Алексеев, начальник почтово-телеграфной конторы Д.В. Кременецкий[9], секретарь уездной земской управы М.А. Воскресенский, воинский начальник штабс-капитан А.Н. Иванский, глава Временного совета врач Виноградов, а также 19-летняя телеграфистка Анна Капустина[10]. 13 апреля 1918 года во время работы Поместного Собора Русской Православной Церкви святитель Тихон, Патриарх Московский и всея Руси, совершил в храме Московской Духовной семинарии первую заупокойную литургию по всем убиенным «за веру Православную и Церковь Российскую». Среди жертв красного террора, поимённо названных святителем на богослужении, были имена четверых жителей Солигалича – Иосифа Смирнова, Владимира Ильинского, Иоанна Касторского и Иоанна Перебаскина.

Через неделю, 12 марта, каратели провели торжественные похороны Вылузгина. Было решено поставить ему памятник, для чего каргопольцы выделили на это около 2800 рублей из числа полагавшихся им суточных денег. На этом пребывание карателей в городе не закончили – в Солигаличе внезапно объявился отряд матросов-анархистов из Вятки, немедленно приступивший к грабежу[11]. Под угрозой оружия анархисты были разоружены, их главари арестованы, а сам отряд отправлен назад, в Вятку. 17 марта каргопольцы покинули многострадальный город (население города так было напугано их действиями, что при проходе карателей по улицам в домах закрывали шторами окна) – через Москву отряд на эшелоне доставили в Брянск. Большее на Вологодчину они не вернулись. Остатки полка были расформированы без ушедших на фронты войны против русских карателей.
Лидер костромских кадетов Николай Огородников, один из руководителей "Национального центра". Расстрелян большевиками.

Но Костромская губерния активно сопротивлялась советской власти. 11 марта была неудачная попытка восстания в уездном городе Кологриве (советская власть там была установлена в январе). В том же месяце в Шушкодомской волости Буйского уезда во время митинга были избиты уездный комиссар и начальник милиции. С самого начала 1918 года происходили волнения в селе Красном Костромского уезда. За неделю до Ярославского восстания (началось в ночь с 6 на 7 июля) в Костроме местная ЧК сумела раскрыть тайную офицерскую подпольную организацию, готовившую восстание. Её ядро составляли офицеры бывшего Пултусского полка. Помимо военных в организации принимали участие служащие, гимназисты и учащиеся технического училища. Во главе стоял полковник Жадовский, кассой заведовал бывший присяжный поверенный, лидер костромских кадетов Николай Александрович Огородников[12] (1872 – 1919). Видную роль в организации играл отставной генерал Дурново. Организация снимала помещение в доме №18 по улице Русиной (ныне дом №16 по улице Советской), принадлежавшем крупному торговцу и владельцу кондитерской мастерской Ф.И. Боровскому. Деятельность организации направлялась из центра: оттуда шли инструкции и деньги. Существовала связь с офицерами Ярославля и лично с Савинковым, находившимся тогда в Рыбинске. В Костроме также готовилось восстание. Были сформированы 2 (по другим данным – 4) батальона. Многие члены организации были арестованы, руководителям удалось скрыться. Жадовский скрывался в имении, позднее был обнаружен и убит при попытке ареста. Из числа арестованных офицеров 13 человек приговорили к расстрелу, но приговор не был исполнен по причине амнистии в честь годовщины «октябрьской революции». 7 ноября все участники подготовки восстания были освобождены из тюрьмы. Судьбы офицеров позже разнились: одни пошли служить красным, другие – белым.
Памятник Вылузгину в центре Солигалича, неподалёку от памятника Ленину.

В Солигаличе сегодня есть улица Рокоссовского (названная в честь маршала и героя Великой Отечественной войны, который в молодости отметился здесь кровавыми и печальными делами - но впоследствии искупил сполна свои грехи молодости и сегодня он уже национальный герой и даже речи о каком-то переименовании быть не может, тем более, что он спасал в войну тех же солигаличан от нацистов, которые устроили бы куда более кровавый и страшный геноцид, чем те же большевики). В городе есть и улица Вылузгина, на которой находится собор Рождества Богородицы, настоятелем которого был новомученик о.Иосиф Смирнов. Также в городе до сих пор стоит памятник Вылузгину в виде бюста, а на доме, где он жил с 1915 по 1918 годы, установлена мемориальная доска. На кладбище на могиле этого мерзавца стоит гранитная плита с его фотографией. Перед зданием бывшей земской управы (1903) напротив здания местной районной администрации стоит памятник маньяку по кличке Ленин (как раз рядом находится памятник Вылузгину). А улица, на которой стоят памятники – Коммунистическая. Печально это и грустно.
В дополнение к тексту хочу сказать следующее. Солигалич может гордиться тем, что его уроженцем был Пётр Васильевич Березовский (1874 – 1936), депутат Государственной думы III-го созыва от Волынской губернии, где состоял во фракции правых, член Союза Русского Народа, товарищ председателя его Житомирского отдела, основатель отдела в Старосельцах, член Совета Волынского отдела и кандидат в члены Главного совета СРН. В 1936 году был арестован и расстрелян В городе нет ни его памятника, ни памятной доски, ни улицы в его честь. И это очень грустно, очень удручающе. Но есть надежда, что в будущем Солигалич вспомнит о своём земляке, отвергнув кровавых палачей и убийц русского народа.

В качестве дополнения - репрессии в Галиче, 1929 год.

[1] В это время существовала «Северная Федерация анархистов» под руководством рабочего Сухонского артиллерийского завода Александра Дмитриевича Фёдорова, который также был редактором газеты «Грядущее».
[2] По другим данным это произошло 15 апреля 1918 года. Разоружение осуществили отряды 8-го латышского стрелкового полка Вологодского гарнизона. Изъято 2 пулемёта, 4 ленты к ним, 187 обойм с патронами, 10 ручных бомб, винтовки, револьверы, 6 пироксилиновых шашек.
[3] 20 октября 1917 года в город прибыл петроградский рабочий-большевик Василий Алексеевич Вылузгин (1887 – 1918), который был уроженцем этих мест. Вскоре был образован местный Совет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов во главе с большевиком А.Н.Дудиным. Стоит отметить, что в это время в городе действовала местная городская дума. 18 декабря Вылузгин совершил в городе настоящий военный переворот, в ходе которого провозгласил создание Военно-революционного комитета, захватил комиссариат, тюрьму, общественный клуб, милицию, сместил с постов всех местных чиновников и создал отряд красной гвардии (попросту – карателей). 13 января 1918 года Вылузгин на уездном съезде советов сместил Дудина и сам стал главой советской власти в уезде. Грабежи, обыски и аресты стали в городе обычным делом.
[4] Строительство было начато в 1668 году, остановилось в 1669 году и закончено в 1792 году. Освящён в 1805 году. В 1925 году закрыт, в 1927 году в нём устроили краеведческий музей, закрыт в 2000 году, в 2004 году возвращён Церкви и сейчас восстанавливается.
[5] В местной аптеке ему сделали перевязку.
[6] 26 февраля 1907 года на Думбадзе произошло покушение, он чудом выжил, но был ранен штабс-капитан Сапсай, а кучер лишился глаза. В организации этого покушения принимал участие будущий организатор убийства царской семьи Пётр Войков. 1 сентября 1907 года Думбадзе был принят в члены Ялтинского отдела Союза Русского Народа и оказывал ему своё покровительство. Его сын Александр, ротмистр Крымского конного полка, 1 января 1918 года погиб в стычке своего полка с севастопольскими матросами.
[7] Его сыном был известный нейроморфлог и патологоанатом Леонид Иосифович Смирнов (1889 – 1955), который был очень верующим человек и тайно молился  и пел духовные песнопения. Всего в семье было 7 детей. Старший сын убиенного новомученика, Сергей, был преподавателем в мужской гимназии. О.Иосиф избирался депутатом городской думы Солигалича и Солигаличского уездного собрания.
[8] Арестовать хотели его сына, но он вышел вместо него. Судьба Василия Ильинского мне неизвестна.
[9] Дмитрий Кременецкий направил своих подчинённых для защиты монастыря.
[10] Список погибших есть на могиле: сперва идут четыре новомученика, а затем имена погибших с ними остальных людей – Анна Капустина, Михаил Алексеев, Михаил Воскресенский, офицер Иванский, Дмитрий Кременецкий, Александр Румянцев, Николай Успенский, Иван Шириков, Василий Яблоков, Дмитрий Яйцовский, директор училища Виноградов, врач Виноградов, Фёдор Лелявин, Ливанский, Лихушин, Жилин, Симанов.  Анна Капустина, 19-летняя телеграфистка, была в числе отправленных к монастырю Кременецким служащих. Она с детства была глубоко верующим человеком и в тюрьме горячо молилась Господу, сподобившему её пострадать при защите церковного достояния.
[11] Очевидно, это был отряд из 350 человек под командованием чрезвычайного комиссара по борьбе с контрреволюцией Северного района и Западной Сибири матроса Леонида Журбы, командира 1-го Советского летучего отряда сводных балтийских войск. По другим данным, именно он командовал карателями, которые занимались расстрелами в городе. Печально известен по своей деятельности в Вятской губернии, где со своим летучим отрядом матросов-карателей совершал бессудные убийства и грабежи. В отряде преобладали анархистские настроения, над занимаемыми зданиями матросы вывешивали чёрное знамя. Подчинялись они только Петроградскому ВРК, местным же советам подчиняться отказывались.
[12] Уроженец Владимирской губернии. Окончил Демидовский юридический лицей, был адвокатом в Костроме. Член «Союза Освобождения» и Партии народной свободы (Конституционно-демократической). Депутат Государственной Думы I созыва от Костромской губернии. Подписал Выборгское воззвание. Лишён политических прав. После февральского переворота – гласный Костромской городской думы. После октябрьского переворота – один из руководителей московского отдела «Национального центра». В 1919 году арестован и в сентябре расстрелян вместе с сыном-студентом Александром, также членом «Национального центра».
Tags: Белая Гвардия, Вологда, Ленин, Первая мировая, Православие, СССР, Солигалич, история, коммунисты, либералы, национализм, политика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments